Десятый этаж

История из архива: реконструкция по журналам и свидетельствам. Там, где записей нет, диалоги восстановлены.

Шрамы начались на восьмом этаже.

Марек видел их на снимках разведки: длинные вертикальные борозды в сплаве, ровные, как по линейке, и каждая такой глубины, что в ней можно потерять руку. Разведчики называли их следами бурения. На восьмом этаже прожекторы C-9 выхватили их вблизи, и он увидел, что их не бурили. Их вбивали. Сплав на дне каждого шрама был смят, как мягкий металл под пуансоном.

К девятому этажу шрамы были повсюду, а машины изменились. Ползуны всё так же терпеливыми цепочками лезли по стенам, Бегуны всё так же бросались к лифту. Но двигались они как рабочие, расчищающие площадку. Они не пытались его убить. Они пытались убрать его с дороги.

На десятом этаже стояла тишина.

Над ним загорелся зелёным маркер маршрута. Направляющий канал уходил дальше, в темноту. Ни Ползунов на стенах. Ни Бегунов. Марек позволил носителю сползать по направляющим и слушал, как гудит сопрягатель и как дышит он сам в тесной кабине.

— Сана, — сказал он, зная, что она услышит это с опозданием в несколько минут или не услышит вовсе. — Десятый этаж пуст.

И тут стена шевельнулась.

Оно вышло из ниши, которую он принял за переборку: машина втрое выше носителя, построенная вокруг тарана-копра толщиной в древесный ствол. Ногами она упиралась в обе стены шахты. Она не спускалась к нему. Она перекрыла шахту тараном вперёд, и первый удар загудел в сплаве, как в колоколе, и швырнул C-9 вбок на направляющих.

Щит выдержал. Показатель энергии щита упал на треть.

— Ладно, — сказал Марек. — Ладно. Так это ты — шрамы.

Из ниши за ней хлынули Ползуны, десяток с лишним, и бросились к креплениям. Выпускает мелкие единицы, чтобы занять оружие, — говорилось в сводке разведки спокойным голосом людей, которые здесь никогда не были. Турели развернулись к рою, как их и учили. Крушитель отвёл таран назад.

Марек перевёл носитель в ручной режим, взял прицельную марку и стянул все пушки на грудь стража. Пусть Ползунами займётся базовая турель. Яра говорила: в этом лифте должно быть что-то, что никогда не кончается.

— Щит, — сказал он и нажал, когда таран пошёл вниз.

Поле вспыхнуло белым. Кабина зазвенела. Где-то запищал тревожный сигнал и уже не умолкал. Ответили пушки: медленно, тяжело, снаряд за снарядом в плиты над поршнем тарана. Потом Форсаж — и темп стрельбы рос, пока не затряслась рама.

Это заняло четыре минуты. Показалось — целую смену. Когда Крушитель наконец сложился, он не упал. Он разошёлся по швам, которых Марек не замечал, и части втянулись обратно в нишу — таран последним, — будто машину убирали на место.

Там, где она упиралась в стены, остался небольшой открытый корпус, а в нём — тёмный кристалл со слабым внутренним светом и блок маршрутных данных, который сопрягатель тут же втянул в себя. Ключ маршрута. Внизу зелёным загорелся маркер второго сектора.

Марек сидел в звенящей кабине и ждал, когда перестанут дрожать руки.

— Сана, — сказал он. — Десятый этаж чист. Передай Яре, что турель так и не кончилась.

Потом, помолчав: — Передай ей, что их ещё девятьсот девяносто.

Десятый этаж

Связанные статьи